Оzon по решению суда несёт ответственность как агент в некоторых схемах взаимодействия - но только если продажа идёт через модель FBO (товар на складе Ozon). Если продавец работает по FBS (со своего склада) - платформа в большинстве случаев выступает только витриной, и покупатель остаётся один на один с продавцом.

Почему суд не стал концом этой истории

Самое неприятное: выиграть суд у продавца-«скамера» технически можно. Но практически - деньги уже потрачены на адвоката, нервы, время. Именно поэтому мошеннические схемы с отменами живут: риски для продавца минимальны, а порог входа - минимальный.

Для честного бизнеса это создаёт реальную проблему с привлечением клиентов. Малый бизнес на маркетплейсе вынужден конкурировать не только по цене, но и по уровню доверия. Покупатель, которого один раз «кинули» с отменой, в следующий раз выбирает продавца с историей продаж и отзывами - а это недоступно новичку.

Что реально работает: продажи вне «серого» рынка

Парадоксально, но именно скандал с Ozon подтолкнул часть предпринимателей к переосмыслению модели. Маркетплейс - это канал с высокой конкуренцией, где тебя окружают и мошенники, и демпингующие склады из Китая.

Малый бизнес, который выживает и растёт, обычно делает одно из двух:

Уходит в производство с собственной ценностью. Не перепродажа - а создание продукта, который сложно скопировать. Корпоративный мерч, брендированная одежда, кастомные изделия - здесь цена не главный критерий, и мошеннические схемы не работают по определению (невозможно «украсть» логотип клиента).

Строит прямые отношения с клиентами. B2B-продажи, долгосрочные контракты, сарафанное радио - это то, что маркетплейс не даёт в принципе. Илья Анастасов, основатель сети студий брендирования Adonis, рассказывал, что крупный IT-клиент ICL вернулся за повторным заказом без каких-либо активных продаж с его стороны - просто потому что первый опыт был качественным.

В производстве мерча средний заказ на 90 футболок с DTF-нанесением приносит около 60 000 рублей чистыми при марже 67%. Это не маркетплейсная история с отменами и возвратами - это контрактная работа с предоплатой.

Что реально делать, если хочешь бизнес без этих рисков

Если смотришь на открытие своего дела - вот несколько практических вещей, которые снижают вероятность попасть в «серую» зону:

1. Модель предоплаты. Производство работает только под конкретный заказ, никаких замороженных остатков. Клиент платит - ты закупаешь материалы и делаешь. Никаких отмен по схеме «товар закончился».

2. Юридическое оформление с самого начала. Бизнес план пример с расчётом налоговой нагрузки, договором с клиентом и актами - это не бюрократия, а защита. Именно отсутствие нормального договора даёт скамерам возможность уходить от ответственности.

3. Работа в нишах с высоким порогом доверия. Мошеннические схемы не работают там, где продавец лично связан с результатом. Войти в нишу корпоративного мерча можно, например, с франшизой Adonis - но это лишь один из вариантов. Главное - выбрать модель, где репутация стоит дороже разового заработка.

4. Каталог франшиз как фильтр. Покупка проверенной бизнес-модели снижает риск войти в нишу с уже испорченной репутацией. Это не панацея, но каталог франшиз позволяет сравнить, где реально работающий продукт, а где - красивая презентация.

История с Пресненским судом закончится конкретным решением. Но проблема останется: низкий порог входа на маркетплейсы создаёт постоянный поток проблемных продавцов. Для честного предпринимателя выход один - строить бизнес там, где доверие важнее цены, а клиент возвращается потому что доволен, а не потому что не знает, куда ещё пойти.

Один из пользователей Reddit поставил искусственному интеллекту задачу, которой тот ещё не получал: найти ему жену за полгода. В сообществе r/ClaudeAI он открыл тред-AMA с прямым названием — «Использую Fable, чтобы за 6 месяцев найти мне жену» — и выделил под эту затею бюджет в 50 000 долларов. Свою личную жизнь он, по сути, превратил в стартап-проект со сметой и дедлайном.

ИИ здесь — не автосвайпер, а стратег. Это ключевой момент, который теряется за кричащим заголовком «ИИ-агент ищет жену». Claude не сидит в Tinder вместо человека и не переписывается с девушками от его имени. Все реальные взаимодействия — свидания, разговоры, встречи — мужчина ведёт сам. А нейросеть работает как личный коуч: после каждого свидания она разбирает, что получилось, а что нет, советует следующие шаги и постепенно, от встречи к встрече, перенастраивает всю стратегию ухаживания.

Почему это важнее, чем кажется. Настоящий сдвиг — не в технологии, а в способе её использования. Мы привыкли, что ИИ отвечает на вопросы: «напиши письмо», «объясни тему», «сделай картинку». Здесь человек делает принципиально другое — вручает машине жизненную цель целиком и говорит: разрули. Именно поэтому история мгновенно завирусилась, а комментаторы раскололись на лагеря: одни называют это гениальным, другие — отчаянным, третьи — неизбежным будущим знакомств.

А это вообще работает? Прецедент дошёл до загса. В 2024 году российский продакт-менеджер Александр Жадан провернул куда более радикальную версию того же замысла. Он запряг ChatGPT автономно общаться с девушками в Tinder: бот сам свайпал, вёл переписку по заданному сценарию, отсеивал кандидаток по «красным флагам» и назначал свидания. Через систему прошли 5 239 анкет, из которых ИИ оставил одну — Карину. На ней Жадан и женился. Поразительнее всего цена вопроса: вся разработка обошлась примерно в 1 432 доллара на API и около 120 часов работы.

Дорогая любовь. На фоне жадановских полутора тысяч долларов бюджет в 50 000 выглядит, мягко говоря, щедрым — а то и переплатой. Но и задача поставлена иначе: не «прогнать тысячи анкет автоматом», а вырастить из себя более удачливого ухажёра с ИИ-тренером за плечом. Сам reddit-эксперимент пока в самом начале — это старт шестимесячного забега, а не его финал. Никаких «жён», свадеб и даже первых матчей в зачёте ещё нет; зрители просто запаслись попкорном. Станет ли Claude первым в мире успешным ИИ-сватом или останется очень дорогим вингманом — узнаем ближе к концу года.

Источник: Tom's Guide

НЕЙРО-ПУШКА ● Новости и обзоры нейросетей

– Я пришел к А. С-чу за рукописью и принес деньги-с: он поставил мне условием, чтобы я всегда платил золотом, п.ч. их супруга, кроме золота, не желала брать других денег в руки. Вот А. С. мне и говорит, когда я вошел в кабинет: «Рукопись у меня взяла жена, идите к ней, она хочет сама вас видеть», и повел меня; постучались в дверь; она ответила «входите». А. С. отворил двери, а сам ушел… «Я вас для того призвала к себе, – сказала она, – чтобы вам объявить, что вы не получите от меня рукописи, пока не принесете мне сто золотых вместо пятидесяти. Мой муж дешево продал вам свои стихи. В шесть часов принесите деньги, тогда получите рукопись… Прощайте»… Я поклонился, пошел в кабинет к А. С-чу и застал его сидящим у письменного стола с карандашом в одной руке, которым он проводил черту по листу бумаги, а другой рукой подпирал голову, и они сказали мне: «Что? С женщиной труднее поладить, чем с самим автором? Нечего делать, надо вам ублажить мою жену; ей понадобилось заказать новое бальное платье, где хочешь, подай денег… Я с вами потом сочтусь».

– Что же, принесли деньги в шесть часов? – спросил Панаев.

– Как же было не принести такой даме?

А. Я. Головачева-Панаева. Воспоминания, с. 247.